Заката колотая рана, И кровь сочится на поля, Выходит месяц из тумана, От страха ёжится земля. Страшны, как у Хичкока тени, Лучей последних - тесаки...
Так разгулял воображенье, Что сам крадусь по-воровски...
Нет ни жалоб, ни упрёков...
Старик... Быль.
Почти что помню эти печи...